/dev/karlson/mind.log - Другое: В Тулу со своими кокосами.

10:19 am - Другое: В Тулу со своими кокосами.

Вот человек. Он всем доволен.
И тут берет его в тиски
Потребность в горечи и боли,
и жажда грусти и тоски.

Игорь Губерман

Людям не свойственно быть довольными. Все друзья в ленте жалуются на глобальное потепление, мол, зима слишком тёплая. А разве холодная была бы лучше? Нет, чтобы радоваться тому, сколько на отоплении можно сэкономить. Мне вот не откуда-нибудь, а прямо из настоящей Сибири, по почте пришёл подарок, и вот я долго смотрел на эти пряники (спасибо

sama_dobrota, очень вкусно) и не мог понять, что же конкретно мне в них больше всего нравится. А потом понял. Русские пряники. Сибирские. Кокосовые. Тут либо глобальное потепление уже нагрело Россию на столько, что урожай кокосов, наконец, удался, либо, хотя бы, солнца хватило на то, что мозги расплавились.

Такая же история и с моей предыдущей записью. То есть мозги-то мои ещё давно расплавились, но вот моя запись хоть и не такой важный вопрос современности, как тёплая зима, но всё-таки нашлись недовольные и спросили – а вывод-то из всех этих рассуждений где? Но у меня, увы, нет вывода, кроме одного: и моя родная Россия, и Япония, и все другие страны – мы все сталкиваемся с одними и теми же людскими проблемами и пытаемся, иногда похоже, а иногда, по-разному, в зависимости от идей в наших головах, их решать.

Вот, например, вопрос иммиграции волнует многих. С одной стороны всем, наверное, понятно, что приток иностранных рабочих жизненно важен для экономики развитых стран, в которых рост собственного населения давно остановился и рабочих рук не хватает. Иностранные поданные удобны и государству: они готовы отдавать свой труд, но получают и рассчитывают на значительно меньше социальных благ. Например, когда я только приезжал в Японию, одним из условий получения моего вида на жительство, бала моя подпись под многостраничным документом, в котором, я, в том числе, обязывался никогда не участвовать ни в каких японских политических движениях, не выходить на демонстрации и протесты, и не проводить политической агитации на территории Японии.

С другой стороны местное население часто чувствует себя пострадавшим, так как иностранные рабочие, готовые работать за меньшую зарплату и меньшие социальные блага, снижают цену труда для всех граждан, а так же занимают рабочие места. Кроме того, понятно, что и государству выгоднее пускать не всех иностранных рабочих, а только самых умных, сильных, здоровых, самых квалифицированых (ведь тогда их труд приходит в страну пригласившую, а затраты на образование легли в стране вырастившей) и в остальных отношениях выгодных. Но как этого достичь? Япония – страна с самым маленьким количеством иностранных рабочих среди всех развитых стран. Реальный поток иностранцев контролируется одним совершенно простым законом: минимальная заработная плата для иностранного рабочего в Японии по закону выше минимальной зарплаты японца (и даже чуть выше средней зарплаты). С первого взгляда может показаться, что такой закон ущемляет права местного населения – почему это их минимальная зарплата ниже (формально в Японии это объясняется тем, что иностранцам нужно больше денег из-за больших затрат на начальное накапления имущества в стране, вроде съема жилья)? Но на самом деле такой закон защищает местный рынок труда. Иностранцы не могут снижать цену труда на рынке в Японии именно потому, что по закону они обязаны получать больше. Иностранцы в принципе не могут отбирать рабочих мест у самых бедных слоев японского населения – неквалифицированных рабочих, потому как их зарплата обязана быть выше и ни один работодатель в своем уме, соответственно, не будет нанимать иностранца стоять на кассе или класть асфальт. И кроме того это значит, что экономика страны будет отбирать только самых лучших, умных, сильных и здоровых иностранных рабочих: старые, больные и глупые иностранцы, которым кроме того надо платить больше, не будут нужны ни одному работодателю, каждый из которых несколько раз подумает о целесообразности, прежде чем решится разориться на иностранного рабочего. То есть от этого закона хорошо совершенно всем, кроме самих иностранцев, конечно, которые, например, закончив японский университет, с удивлением обнаруживают, что большинство работ доступных для их сокурсников японцев для них не доступны просто потому, что выпускникам в первый год в Японии обычно принято платить минимальную зарплату, а такую зарплату иностранному гражданину платить нельзя. По-моему, особенно в сравнении с европейскими законами, где работодатель просто обязан написать объясняющие бумаги о том, почему на эту работу он не смог найти гражданина Евросоюза, совершенно просто и гениально.

Не одни японцы, конечно, умеют придумывать хитрые законы. Например, я очень люблю французский закон Appellation d'Origine Contrôlée. Суть в том, что в условиях свободного рынка, производство массового товара в наибольших количествах по минимальной цене всегда выигрывает в конкурентной борьбе у производства более дорогих товаров в меньших количествах. Это одновременно хорошо, так как население в результате получает все больше и больше товаров, и плохо, так как это происходит за счёт падения уровня качества товаров. Французский закон защищает производителей более дорогих и качественных продуктов питания в конкурентной борьбе за счёт законодательного ограничения объемов производства под данными марками, что позволяет одновременно развиваться и дешевым продуктам, и вкусным. По-моему, очень важно и красиво.

А вот если бы я писал бы о рисе, то я, наверное, рассказал бы, что по-японски слова "завтрак", "обед", и "ужин" звучат буквально как "утренний рис", "дневной рис", и, никогда не догадаетесь, "вечерний рис", и как-нибудь бы на эту тему бы пошутил, тем более что многие и правда постоянно едят здесь рис три раза в день. Я бы рассказал, что недавно, под давлением США Япония сняла жёсткий запрет на ввоз риса и здесь появился иностранный рис, который японцы с удовольствием иногда едят на обед в иностранных ресторанах, но который даже называется по-японски отдельным словом "райсу", ведь для японцев иностранный рис и японский рис – это настолько же два разных блюда с разными названиями, как для нас – макароны и пельмени, хотя и то и другое из теста. Про то, что красную кислую сливку умебоси на белом рисе в обеде рабочего - обенто - японцы называют японским флагом. Я бы всё это и ещё что-нибудь рассказал бы. Однако фокус в том, что рис тут на самом деле совершенно ни при чём.